Dixi


ГАМАЮН-ИСЕТСКИЙ (г.Екатеринбург)

Гамаюн 

Именно бы волюшки

Дайте  волю  лошадям!

Дайте ж  волюшку:

По  бульварам, площадям,

В  чистом  полюшке

Дайте  гривой потрясти

Бескорыстною,

Дайте  в  небо занести

Душу  чистую!

 

Понастроили  вы  стойл —

Загородочек,

Наготовили  вы  пойл

Из  отходочек.

Стали  слепнуть, умирать

Наши  лошади…

Вам на все и всех плевать,

Нехорошие!

Кто телеги вам возил —

Как вы в гору шли?

Кто вам денежки копил?

Да без устали!

Жухлым сеном с ними вы

Расплатилися!

Да кнутом кручёновым —

Отмилилися!

Дайте ж волю лошадям -

Настоящую:

Чтоб увидеть тут и там —

Приходящее!

Чтобы все на вкус и цвет

Перепробовать!

Не дадите вы нет-нет

Волю спробовать!

Накормить и напоить?

Что попало!

Чтоб погладить-похолить?

Не  бывало!!

Вот взбунтуется табун —

Залягается!

В щепки разнесет избу —

Отыграется.

Сбросит с шеи-то хомут —

Вы  попляшете,

Под  копытами  — уют.

Им — помашете!

Сами будете вы пить

Пойло тухлое,

Сами будете хвалить

Сено  жухлое!

Дайте ж волю лошадям,

Дайте ж  волюшку!

Им пред всеми стыд и срам

За неволюшку!!!

Стыд и срам —

тут  и  там  …………. И  коням!

 

Правда и ложь

 

Правда — как рифлёное стекло.

Сколько ни гляди — не разглядишь:

То ли это правда, то ли ложь,

Лишь напрасно зрение томишь.

Скрыта правда за рисунком лжи,

А в узорах — негативный фон.

Только зла на правду не держи —

это лишь болезнетворный сон.

А встряхнувшись и открыв глаза

выйти из забытья и понять:

ложь — лишь безобидная гроза,

а обманом нас не запугать.

Не старайся очень быстро жить,

не пытайся с ходу всё понять,

можно кривду сильно полюбить,

и за правду кривду принимать.

Если рядом в ухо дует кто,

что всё окружающее — ложь,

что же будет делать тот потом,

если прояснится, что он — вошь?

Пусть ошибку кто-то допустил,

сам в конце всё это осознав,

для себя он подвиг совершил:

в лжи святую правду распознав.

Очень огорчаюсь я за тех,

кто в сознанье правду обошёл,

и надеясь только на успех

думает, что сделал хорошо.

Пусть нелепо — что таит наш век.

Без ошибок жизнь обречена.

Всё на свете может Человек.

Только — человек! Не  сатана!

Я за справедливость, но не псих,

Не очковтиратель и др...

Не таю в стихах подложный штрих

(вместо правды — чёрточку, тире).

Сколько ни возьми каких писак,

попытавшихся чего-то скрыть,

только не совсем народ дурак

ложь от правды чтоб не отличить.

Пусть твердят, что правда — это ложь.

Никогда я с тем не соглашусь.

Разобью рифлёное стекло,

Настоящей правдой надышусь!

                                                              

                                 

Бумеранг

 

Аж звон в ушах от тишины…

Лишь тихо листья опадают.

Увы, природа увядает,

Зимой ей будут снится сны?

 

Ой нет! Соврал совсем немного.

Зима! И долгая дорога

Среди заснеженных равнин,

Среди заснеженных макушек

Зеленых сосен и избушек.

Не спит природа – Исполин!

 

Земля от засухи трещала.

Да, в это лето ей досталось,

Природа с ленью возвращала

Летевший  бумеранг.

Всё возвращается охватом

Что от людей пришло когда-то.

Природа выплюнула с матом,

Не соблюдая ранг.

 

Ей похилять чужое горе,

Ей по фиг ранги в чьём-то споре,

Ей чужды все людские ссоры.

Она своё возьмёт.

Так думайте: а стоит ль плюнуть

Шагнуть, иль сделать — не подумать,

Чтобы потом, почти без шума,

Вернулся кувыркот.

 

Правителям

 

А вы не засиделись, господа?

Пора бы честь знать, столько уже съели,

И выпили — немерено. Да-да,

Не расцвело, а вы уже сидели.

В прихожей стаей скучился народ,

И ожидают своего обеда.

А вам, наверно, совесть не даёт

Уйти и что–то где-то  не отведать.

Желудок полон. А глаза горят

В меню найдя ненюханое блюдо.

Скажи на милость, кто ты и откуда?

Но слюни за тебя всё говорят.

И будут они жрать, пока сидят,

Пока не лопнут! Что так? Не наелись?

Слова, слова !  Места освободят.

Но кто зайдёт, когда уже всё съели?

 

Пробка килька да пенёк

 

Дело было на футболе.

Матч «Динамо» и «Спартак».

С корешем моим на воле

мы неделю, как-никак.

Поприличнее оделись

(Не ходить же шнораньём)

и конечно «подогрелись»

перед матчем. Коньяком.

 

Стадион  гудел как улей,

солнце било прямо в глаз

(наши в прошлый раз продули —

отыграются сейчас).

Перемен в игре не видно.

Вновь удар — опять облом…

Ну и мы —  чтоб не обидно

запиваем коньяком…

 

А народу много ль надо?

Пробка, килька да пенёк…

И довеском той отраде

Папироски огонёк.

Были б деньги да желанье,

Повод мы  всегда найдём.

Свои души на закланье

Доброй волей отдаём.

 

Мы болельщики с Кирюхой,

Прямо скажем, первый класс.

И, естественно, под мухой

Отрываемся сейчас.

Нам теперь не до футбола —

Это повод был начать.

Вот и мы уже на поле,

Чтобы  лидеров встречать.

 

Нас, конечно, потеснили…

Всё мурло уже в крови.

Почему-то шибко били,

Не пойму, что хоть реви.

Вновь офсайт! В воротах сетка

Крупной клеточкой видна.

И знакомая примета —

Гробовая тишина.

 

Старшина гремит над ухом,

Что-то пишет лейтенант.

А в углу мой кент Кирюха

Всё ещё, по ходу, пьян.

Он доказывал сатрапам,

Что  не в том его вина,

Что еврейский Римский папа —

дурогон и сатана.

 

Я б ничё! но всё ж обидно —

Снова суд и приговор.

А пятнадцать суток — видно

Ни к чему дальнейший спор —

Разомну с устатку кости,

Отработаю ладом,

С чистой совестью. И в гости

К другу Кире. Прям в дурдом.

 

Катала

 

Мне  повезло! Сегодня  я  взял  куш,

Сорвал весь банк без всяких полномочий.

И этот длинный — бывший  Веркин  муж —

Играть  со  мною больше не  захочет.

 

Он в сиську пьян. Ему не повезло.

Ему бы выпить литру лимонада,

А он нажрался водки всем назло,

Плевал, ругался матом от досады.

 

Тузы мне шли подряд за коном кон.

Он пьян. Не зрит крапленые картишки.

Швырял деньгами, ничего не понял он

Что карты с ИТК я взял у Мишки.

 

Он  проиграл, а у меня душа пуста.

Не дорожу я левою монетой.

Вот если б заработать больше ста,

Тогда не стал бы тратить без ответа.

 

Уходит в прах все, что дается так

Все это к сожаленью не приводит.

Он проиграл, а у меня душа пуста

И остается только колобродить.         

 

Укротитель

 

Вот входит он со львами в клетку.

Глаза не врут.

Одет в блестящую жилетку,

В ладонях кнут.

А у зверей раскрыты пасти,

Он очень смел.

Чтоб публике дрожать от счастья —

Его удел.

 

И решеткой закрыта арена,

И ярок свет.

Но со смертью игра супермена —

Таков дебет.

Он со львами работает четко —

Глаза в глаза.

Но идет горделивой походкой

Под образа.

 

Огрызаясь, места меняют…

А нервы в жгут.

Они просто не понимают,

Чего все ждут.

Глядя в зал ненавистным взором

Они рычат.

И косятся на кнут с укором,

Но край почат.

 

Разорвут ведь тебя, разорвут,

И куда ж лезешь ты, бедолага?

Не поможет ни сила, ни кнут,

Не поможет твоя отвага.

 

Он их давит волей своей,

Он их давит своей натурой.

Вот снижается пыл зверей.

Воли нет. Он играет шкурой.

 

Раздвигая руками пасть,

Головой ныряет в потемок.

Взял он все же над львами власть.

И не лев перед ним. Котенок.

 

 

                                                                                            

Живодёр

 

С похмелья встав, что поплотней одев,

С стаканом руку кинув прямо в глотку,

Поморщившись и несколько взбалдев

В карман суёт ещё бутылку водки.

Ведь не легко! Совсем не просто так —

Ловить живых и кошек, и собак!

Он, потеряв рассудок от запоя,

Святое, богом данное поправ,

Нередко отчебучивал такое…

За деньги, честь и совесть запродав.

Но не легко! Совсем не просто так

Гонять живых и кошек, и собак.

Глумился он. Не зная, что настанет

Тот миг, когда устой перевернув,

Матёрый пёс не вздрогнувши, достанет

Клыками горла, челюсти сомкнув.

Да! Не легко! Совсем не просто так

Давить живых и кошек, и собак!

А живодёр, глаза наливши, смел

С багром в руке, петлёю воздух грея.

Но… промахнулся. В этот раз он не сумел

Петлю накинуть на собачью шею…

Ох! Не легко! Совсем не просто так

Трепать живых и кошек, и собак!

Пёс отскочил! И, зарычав, он дал отпор,

Буксуя землю задними когтями.

А злость сквозь шерсть сочилася из пор

Из пасти — пена, и в глазах горело пламя.

Как не легко! Совсем не просто так,

Лечить чужих и кошек, и собак.

Вот вздрогнула сквозь хмель душа изгоя,

И понял он, что жизнь сильней его,

Что пса того ему не успокоить,

Не отвернёт он! Не добившись своего…

Да, трудновато! И совсем не просто так

Ласкать чужих и кошек, и собак!

Нет! Не поддастся пёс железу и петле.

Он лидером собачьим был в затеях.

Уж лучше с рваной глоткой на земле,

Чем с потным поводком на своей шее.

Да! Не легко! Совсем не просто так

На поводок цеплять и кошек, и собак !

 

 

Давление

 

Отворите двери. Душно мне,

Звон в ушах. В глазах туман.

В  этом  теплом, ясном  майском  дне

Спотыкаюсь, точно  наркоман.

 

Отворите  окна, мне темно.

Как слепой, я светлым днем иду

К жизни. Распростертое  окно

Ставнями  забили  на  ходу.

 

Уши мне заложил ультразвук,

Спер дыхание угарный  газ.

Я врача, бедолога, зову

Вылечил чтоб мир в ненастный час.

 

Отворите окна, дайте  свет!

Отворите двери, и пойдет,

Разрывая  газовый  запрет,

Очень  нужный  жизни  кислород.  

 

Эпиграф

 

Рожаю стихи — как море остров.

Выпирая осколки скал.

Но что гениально — просто.

Эх! (Чёрт бы меня побрал!)

Писать могут стильно-глупые

Завихряя обрывки мыслей,

Разгребая волосы на пупе,

Завернув глаза коромыслом.

Но если природой дадено —

Засветится новый гений.

Останется неукраденное

В памяти поколений.

          

 

 

 

 

 

 

 
html counter