Литературный четверг
Новые писатели - 2022
Архив - 2021
Архив - 2018
Литобъединение
Архив - 2019
Архив
Литературное агентство
| Печать | |
Анна ЕРШОВА (г.Тверь) АБИТУРИЕНТЫ Из цикла «Художники»
Впервые за всю историю художественного училища в шестьдесят первом году был такой большой конкурс. Весь коридор был забит абитуриентами. Сидели на стульях, на столах, вытащенных из аудиторий по случаю ремонта. Катя растерялась, в толпе она всегда чувствовала себя стеснительно. А тут так много парней — большинство. Она почувствовала на себе оценивающие взгляды. В школе Катя считалась симпатичной: миловидное, круглое, чистое лицо с большими голубыми глазами, пушистая пепельная коса, модно заплетенная набок. Девочка испугалась, что покраснеет и выдаст свое волнение. Она огляделась и устроилась в углу возле входной двери. Рядом на полу, согнув колени, сидел широколицый очкарик в неряшливой мятой одежде, брюки явно шире, чем надо, клетчатая рубашка без верхней пуговицы, карман ее сильно оттопыривался. «Не мог, что ли, одеться поаккуратней на собеседование?» — подумала Катя. Но он, как видно, не стеснялся своего вида. Напротив на столе расположился франтоватый парень в костюме с галстуком. Выглядел он явно старше остальных, вел себя уверенно, его многие уже знали, называли Костей. Костя этот, как выяснилось, не был новичком. Он поступал во второй раз. В прошлом году он срезался на рисунке. В этот раз должно получиться — позанимался в студии. Да и преподаватели вроде добрые. — Ты их знаешь, что ли? — спросила сидящая рядом девушка. — Знаю, Наташенька, они недавно к нам приехали из Харьковского института. — Здравствуйте, Аркадий Иванович! – вдруг обратился он к проходящему мимо молодому мужчине. Тот, улыбаясь, кивнул. — Вот один из них, живопись преподает на старших курсах. На собеседование пришел. А второй — Анатолий Иванович — ведет рисунок.
Из комнаты, где заседала комиссия, выглянула женщина-секретарь и объявила: — Ребята, заходить будете по очереди. Катя ойкнула и робко спросила: — А кто был последний? — Да я, наверно, — сказал чернявый худой парень. — За мной будешь. Вышел первый абитуриент. К нему кинулись: «Ну что?» — Работы смотрели. Спрашивали, занимался ли раньше, откуда приехал, в общем, ничего особенного. — А про рисунки что сказали? — Да ничего. — Сейчас не скажут, — сказал Костя. — К экзаменам допустили? — Ага. — Уже неплохо. За Катей заняли очередь сразу двое — парень и девчонка, оба из Улан-Удэ. Разговорчивая девчонка рассказала, что они вместе занимались несколько лет в студии известного художника. Костя оглядел ладную рыженькую конкурентку. — Как зовут? — Лена Семенова, а это Стасик, почти мой брат. — Правда? Как это? Брат явно был метисом, только глаза не узкие, а большие, карие, теплые. Стасик стеснительно сказал: — Не брат… Лена перебила: — Росли мы вместе. — Значит, у вас солидная подготовка? — продолжал разговор Костя, — тогда поступите. — Мы, конечно, надеемся, — бодро ответила за обоих Лена. — Ты-то уж точно, — сказал Стасик, а я … — Не бойся, поступишь, у тебя такая живопись! — А рисунок? — Да не загадывай ты раньше времени. — А я уже маслом пишу, — заявил Костя. — Да? А мы еще не пробовали, нам сказали — в училище научат.
Катя слушала их с завистью. У нее только год изокружка в доме культуры, больше не получилось — ушел преподаватель. К экзаменам готовилась сама. Куда уж ей соревноваться с такими соперниками. Катя начала волноваться, «мандраж подступил», как говорил ее брат Мишка. Вот сейчас не допустят ее к экзаменам… захотелось пить, но Катя не решилась пойти поискать воду. — А ты — как тебя? — обратился Костя к очкарику — Алексей. — Ты, Леша, учился где-нибудь? — Нигде. Я и рисую плохо. Вот приехал научиться. — Ну, ты даешь! — захохотал бывалый Костя. — Тебе надо сначала в художественной школе поучиться или хотя бы кружке. — Нет у нас в поселке такой школы. А рисовать мне обязательно надо уметь, я ведь биологом хочу стать. Все, услышавшие Алексея, уставились на него. Костя даже слез со стола. — Причем тут рисование? — А как же! Виды зарисовывать. — Пейзажи что ли? — спросила рыженькая Лена. — Да нет. Виды растений, животных, насекомых. — Ну ладно — растения, а животных, а насекомых? Что — муху поймаешь, и она тебе позировать будет? — не отставал Костя и, оглянувшись на смеющихся слушателей, подмигнул. — Она в банке сидеть будет. — Так! — Костя развеселился. — Картина Алексея… как фамилия? — Иваненко. — Картина А. Иваненко «Муха в банке»! Третьяковская галерея! — Зачем галерея? — застеснялся будущий биолог, — это для кафедры биологии. Я с ними договорился, примут мои рисунки. — Так это тебе для диссертации! — Костя округлил глаза и поднял брови. — Да. И для диссертации тоже. — Ну, ты силен! Круглое Лешино лицо зарозовело, а большой рот растянулся в улыбке. Блеснули ровные белые зубы. — Вот я и… — Эй ты, чувак в очках, твоя очередь! — крикнули от двери. Леша вскочил, потянулся застегнуть отсутствующую пуговицу, махнул рукой, пробормотал: «А-а-а-а, сойдет», почему-то рывком открыл дверь, как будто ее изнутри кто-то держал. Костя слез со стола. — Пойду, послушаю, как он там. Он чуть приоткрыл дверь, заглянул, послушал немного, помотал головой и вернулся на свой стол. — Он им про свою биологию впаривает. — И они слушают? — Улыбаются. Ну, что? — спросил он выходящего из кабинета Лешу. Тот с распаренным как из бани лицом шел, растерянно улыбаясь, спотыкаясь об ноги сидящих абитуриентов. — Допустили. Почему-то… Всем как-то стало приятно за будущего биолога. Катя успокоилась. Если его допустили, значит, и она пройдет.
— Проходите сюда, садитесь. — Аркадий Иванович показал на стул. Катя оказалась прямо перед членами комиссии. — Ваша фамилия? — спросила секретарь. — Арсеньева. Екатерина. — Екатерина? — оживился второй преподаватель, которого звали Анатолий Иванович. Он с видимым удовольствием разглядывал зарозовевшую Катю. — Посмотрим, что у вас тут, — он разложил Катины рисунки, взял один из них. — Это мама? — Мама. — Похожа. Ты на нее похожа, — уточнил он. Это «ты» успокоило девочку. Такое отеческое внимание. — Ну, что, здесь все ясно. К экзаменам допускаешься. Катя так широко и радостно улыбнулась, что преподаватели засмеялись.
— Молодец! — похвалил Костя вернувшуюся Катю. — Ага, — сказал и Леша. — Слушай, Леша, ты, вообще, откуда? — спросил Костя. — С Байкала я, из Листвянки. — Ну-у, все с тобой понятно! Там же лимнологический институт, небось, там и околачиваешься? — Я не околачиваюсь — работаю. — И кем же? — Лаборантом. — Как тебя туда взяли такого… — Костя хотел сказать «недотепу», но сильно смягчил, — юного? — А у меня мамка там работает. — Научным сотрудником? Леша улыбнулся: — Да нет. Уборщицей. Она попросила. — Молодец у тебя мамка! А папка кто? Леша не сразу ответил, чуть помолчал и тихо сказал: — Бати нет. В Байкале утонул. Два года назад. Всем стало неловко. Костя подошел к парню, взял за плечо. — Леша, ты меня прости. Я же не знал. — Ничего… конечно, — сказал Леша и добавил посуровевшим голосом. — Байкал — он такой. Море. — И ты хочешь там работать, смелый ты парень. Юный биолог снова зарделся. — Здесь у родни остановился? — переменил тему Костя. — Нет. Я нигде не остановился. — Как это? Где же ты ночуешь? — А под лодкой. На берегу. Июль ведь. В коридоре пробежал шумок удивления. — А где вещи хранишь? — продолжал допрашивать Костя. — Нигде. Все у меня с собой. Вот, — из кармана широких штанов он достал кружку, ложку, носовой платок, носки и кусок мыла. — Вот тут документы, — он показал на карман рубашки, заколотый по краю булавкой. — У меня слов нет! — развел руками Костя, остальные заулыбались. — А питаешься как? — Чаем. Беру в столовой стаканов пять. А хлеб бесплатный. Ой, сколько времени? Костя взглянул на часы: — Полпервого. — Я пошел, — объявил Леша, — обедать. А то весь хлеб с тарелок съедят. Он взял с пола куртку-штормовку — на ней он сидел — выгоревшую, явно великую для него. «Батина куртка», догадалась Катя. Ей так стало жалко Лешу! А он обернулся у двери, помахал всем рукой, улыбнулся.
— Много я повидал, в армии в Монголии служил, а такого чудика не встречал. — Может, и, правда он ученым станет. Все они чокнутые.
Лет двенадцать спустя Катя, теперь уже Екатерина Николаевна, листая какой-то научно-популярный журнал, увидела знакомое широкое лицо в очках. Статья была хвалебная — о работе молодого сибирского ученого-биолога, кандидата наук, сотрудника Байкальского лимнологического института. Журналист писал об успешном выступлении Алексея Иваненко на международном симпозиуме. На фотографии он был в строгом модном костюме и выглядел солидно. Катя тогда порадовалась за Лешу и особенно за его маму.
|
![]() |